>>/1539/
Мне уже было стрёмно открывать эту ссылку, ну раз уж такое дело, то давай разберём по частям.

> менее 1 % в год

Количество оправдательных приговоров измеряется в процентах, а не процентах на единицу времени.

> Для контраста любят вспоминать при этом сталинскую Россию, в которой выносилось 12 % оправдательных приговоров

С одной стороны они говорят, что мало оправданий - это хорошо, но между делом хвастают, что при гуманном Сталине-то ещё больше оправдывали! Отличная попытка сесть и на хуи, и на пики одновременно.

> Примерно такая же ситуация в прочих странах, где действует континентальная (германская) правовая система.

> Сравнение с другими странами

> Россия — далеко не единственная страна с «обвинительным» уклоном правосудия. Примерно такая же ситуация в прочих странах, где действует континентальная (германская) правовая система. В Бельгии и в Чехии суды выносят 0,3 % оправдательных приговоров, в Португалии — 0,6 %, в Германии — 0,9 %.[2] В Японии, например, выносится и того меньшее количество оправданий, а ещё там до сих пор применяется смертная казнь.

Вотабаутизм и мировая практика.

> Но почему-то все упрекают российскую судебную систему, а не японскую.

Возможно, это как-то связано с тем, что упрекающие живут в России, а не Японии.

> «Обвинительный» уклон российского правосудия объясняется тем, что в России дело сначала расследуется, а уже потом идёт в суд.

> Прокуроры просто не берут дела, у которых нет судебных перспектив, и следователи это прекрасно понимают. Поэтому дела без достаточной доказательной базы до суда не доходят, они закрываются на более ранних этапах. В суде же рассматриваются только дела с «железными» доказательствами, поэтому в большинстве случаев приговоры по этим делам обвинительные.

То, что прокурор очень тонко предугадывает реакцию судьи и живёт с ним на одной волне, следует не то, что прокурор думает как судья, а наоборот - что судья мыслит как прокурор.

Малый процент оправданий - это недостаток обратной связи. Недостаток обратной связи - это потеря коннекта с реальностью. Если прокурор чмо и у него трясутся ноги от одной только мысли, что ему судья может сказать унизительное "нет", то адекватным такого человека точно не назвать.

По факту, конечно, ничего у него не трясётся как раз потому, что услышать "нет" ему практически не грозит.

> До суда дошёл миллион дел, из этого миллиона в полноценные обвинительные приговоры переросли только 200 тысяч. Остальные 800 тысяч — это сделки со следствием и прекращённые по разным причинам дела.

Сделки со следствием - это и есть обвинительные приговоры, почему вдруг автор предалагает их вынести из статистики? Сделка со следствием - это подписать признательную бумагу и автоматически уехать на парашу. И сейчас этот порядок ещё и упрощают, доводят до американского образца догнать и перегнать нахуй, но 2 миллиона зеков - это реально достижение, в России так не смогут.

> В тех же США любое дело полиции идёт в суд, а уже потом начинается следствие. Доказательства могут быть найдены, а могут и нет. Поэтому и количество обвинительных приговоров там по статистике меньше — в процентном отношении.

Действительно, ну зачем мы будем дёргать суд по пустякам? Мы же всего лишь для выяснения личности задержали, уж слишком он выёбистый был, ну какой ему суд, адвокат, предъявление обвинений, мы ж ни в чём его не обвиняем?

Безсудебные посадки, конечно, приводят к снижению числа обвинительных приговоров, спорить не могу.

> Необходимо упомянуть, что суд присяжных в России выносит оправдательные приговоры чаще: так в 2013 году, по данным председателя Верховного суда Вячеслава Лебедева, присяжные вынесли 20 % оправдательных приговоров.

И это как бы о чём-то нам должно говорить, правда ведь?

> Как отмечается в отчете специального докладчика ООН, причинами этого могут быть то, что присяжные действительно рассматривают доказательства

Именно об этом оно нам и должно говорить, всё верно.

Немудрено, что суд присяжных в России находится под шконкой. И воспринимается он не как что-то неотъемлемое, подразумевающееся, а как ну ти