media_HEA0B8f... webp
(21.34 KB, 496x680)

media_HEA0BkF... webp
(33.94 KB, 510x680)

media_HEA0Cd4... webp
(16.82 KB, 494x680)

media_HEA0Dp... webp
(23.54 KB, 480x680)

Новая акция Бохана: учителя согласились запретить изучение русской классики в школах.
Акционист Владислав Бохан разослал по брянским и ставропольским школам требование от имени «Единой рабсии» рассмотреть «временные ограничения» на изучение классических текстов русской литературы: «Медного всадника», «Мертвых душ», «Героя нашего времени», Шинели», «Кому на Руси жить хорошо», «Истории одного города», «Хаджи-Мурата» и сатирических рассказов Чехова. (https://youtu.be/watch?v=jHHhl6u3aUI)
Требование было обосновано наличием в текстах критики государства. 
Учителям предлагалось в срочном порядке провести собрания педагогических коллективов и высказаться за запрет изучения, а также расширить списки «нежелательной» литературы по своему усмотрению.
В результате лишь одна школа – Первомайская СОШ из Брянской области – единогласно выступила против запрета. Правда, на приложенном видео учителя мотивировали отказ тем, что в текстах есть не только критика государства, но и темы любви, личной жизни и т.д., которые и можно изучать.
Другие школы запрет поддержали (в одном случае – частично, отметив антигосударственный характер повести Льва Толстого «Хаджи-Мурат»), а в некоторых случаях и расширили, предложив внести в списки также «Мастера и Маргариту», «Колымские рассказы», «Мы» и «Доктора Живаго».
После того, как брянские власти разослали по школам документ с требованием не реагировать на рассылку Бохана, одна из единогласно поддержавших запрет школ попыталась дезавуировать свое голосование, но от акциониста узнала, что оно уже передано «Великому магистру масонской ложи».
Напомним, требованиями к учителям Бохан иллюстрирует наличие в рабсийском обществе 14 признаков фашизма, выявленных Умберто Эко в его эссе «Вечный фашизм». На этот раз Бохан исследовал признак новояза: «И нацистские, и фашистские учебники отличались бедной лексикой и примитивным синтаксисом, желая максимально ограничить для школьника набор инструментов сложного критического мышления», – писал в своем эссе Эко.