Может ли дворцовый переворот совершить самое близкое окружение правителя?
И может ли переворот, совершённый бенефициарами диктатуры, с этой самой диктатурой покончить?
Вопросы не праздные: только такой переворот является сейчас реалистичной альтернативой пожизненному правлению Пидора.
Недавняя история даёт нам интереснейший пример утвердительного ответа на оба вопроса.
К 1989 году Альфредо Стресснер правил Парагваем более 30 лет. Классический латиноамериканский диктатор. Большую часть из своего правления он был вполне популярен в народе, но постепенно всех утомил.
Однако держался у власти, несмотря на преклонный возраст, в 1989-м ему было 77 лет.
Власть Стресснера держалась во многом на его мощном ближнем круге, контролировавшем армию, слабовиков, а также все сферы экономики и жизни общества. В этом ближнем круге к 1989 году был подготовлен закон о пожизненном правлении Стресснера и объявлении его сына наследником.
Однако 3 февраля 1989 года произошёл стремительный переворот. Дворец Стресснера был окружён и после всего лишь нескольких часов сопротивления его диктатура пала.
На смену ему пришёл лидер мятежников, Андрес Родригес.
Кто же это был, либерал и оппозиционер? Вовсе нет. Родригес был генерал, ближайший сподвижник Стресснера, помогавший тому прийти к власти в 1954-м и находившийся рядом с диктатором каждый день. Они даже породнились, дочь Родригеса вышла замуж за сына Стресснера.
К тому же Родригес был не только генералом, но и олигархом. Ему принадлежали, к примеру, все до единого пункты обмена валют в Парагвае. Поговаривали, что он контролирует и часть наркотрафика.
И вот такой человек, плоть от плоти режима и один из главных его бенефициаров, встал во главе переворота, сверг диктатора и занял его место.
Когда это произошло, очень многие были уверены, что просто одна диктатура сменила другую. Что просто Родригес сосредоточит всю власть в своих руках, и тоже будет править десятилетия. Эта убеждённость только укрепилась, когда через 3 месяца после переворота состоялись "выборы", на которых Родригес победил почти безальтернативно, с результатом в 77% голосов.
И, однако же, никакой новой диктатуры не случилось. В Парагвае начались демократические реформы, а в 1993 году, точно в положенный срок, прошли новые выборы президента. Родригес даже не стал в них участвовать и мирно ушёл в отставку.
Вот так произошло удивительное: один из главных столпов диктатуры стал её могильщиком.
Я не говорю, что в рабсии будет то же самое, я этого знать не могу. Я говорю, что конец диктатуры порой наступает очень странным образом.