>>/121830/
Гордыня рабов, не подозревающих о своем рабстве. Рабство
осознается, будучи сопоставлено со свободой; игвам же
сопоставлять его не с чем. Спазмы анархии коротки и редки:
раз в два-три столетия: растерянность, минутное
замешательство при смене одного уицраора - одного
разумного деспота - другим. И если бы игвы узрели свободу
существ в каком-либо высшем слое, они не поверили бы
ей. Они истолковали бы ее как рабствование другому
тирану. Вера в возможность свободы кажется им симптомом
незрелости, как соблазн, способный увлечь лишь
недоразвитых.
Время от времени мглистая колоссальная туша, как
движущаяся туманная гора, вползает в Друккарг из соседнего
слоя. Раздается отрывистый, ухающий голос, видится подобие
головы на изгибающейся шее. Глаза, похожие на опрокинутые
полукруги, пронизывающе озирают творящееся внизу; медленно
поворачивается небольшая головка, увенчанная золотым кубом
- магической эмблемой властвования. Рупорообразный рот
выталкивает обрубленные звуки, похожие на звуки языка
игв. Приказы - непререкаемы. Они должны исполняться
мгновенно.
Это - Третий Жругр, третий за 700 лет уицраор, демон
великодержавной государственности России, руководит
сооружением Друккарга и требует пищи. Исполинские объемы
психических энергий излучаются им: круги за кругами,
волны за волнами, они проникают в наш слой и проявляются
в нас: мы можем их осознать как комплекс государственных
чувств - энтузиазма, гордости, благоговения, гнева против
врагов нашей державы. Тогда мы осознаем и глухой
подспудный протест нашего глубинного ``я'', взволнованного
инородным вторжением.
Не осознав же этих воздействий, мы отдаемся их чарам,
раболепствуем перед держащими власть, клокочем ненавистью
к их врагам, всю жизнь превращая в служение кумиру
обожаемого государства.
Чем больше забот, жертв и труда требует оно от нас, тем
больше личных сил сливает каждый из нас с этими
токами. Истощая нас, обогащаясь нашей энергией, обратное
излучение тяжелыми каплями сгущается в четырехмерном мире;
проструивается, просачивается и, наконец, проступает
красноватой росой на почве Друккарга. Оно называется
шавва.
* * *
Если вкратце, по Андрееву, государственность это демон,
но российская это особенно злобный и гнусный демон,
который питается мучениями, а население ему поклоняется.
Я к тому, что имперская культура это фундамент служения
жругру, и пока мы ее не убьем, жругра не уничтожим.
Революции ничего не изменят, о чем дальше повествует
Даниил Андреев весьма убедительно, недостаточно
переименовать государство, его надо убить, вместе
с языком, литературой, культурой всем имперским багажом.
Чтобы убить в себе государство, надо низвести,
умножить на ноль его язык и культуру. Вместо поклонения
классике, надо приучаться ее разоблачать, классика это
то, что тянет нас в ад, и чем больше ее, тем сильнее
тянет. Придется переписать всю операционную систему
без legacy code, коль скоро эта от раза к разу порождает
пыточное правосудие, гулаг и сталина.
Украинцы молодцы, что избавляются от истуканов
Пушкина, этот гад гораздо опаснее бронзового
лукича или сталина, потому что те просто рандомные
упыри, а этот реально кормит жругра и не дает
ему подохнуть.